Председательствует в процессе Зорькин Валерий Дмитриевич. Судья-докладчик Лобов Михаил Борисович.

• Подробная информация доступна только для зарегистрированных пользователей.
  Войдите в систему или зарегистрируйтесь

В 2023 году москвич Дмитрий Тимченко приобрел по договору у физического лица за 81 500 рублей 1000 единиц «USDT» (аббревиатура от United States Dollar Tether). Указанный договор был поименован сторонами как «договор купли-продажи цифровой валюты (криптовалюты)». Впоследствии заявитель заключил соглашение, по которому передал приобретенный таким образом актив в управление иному лицу с целью перепродажи на бирже и получения прибыли. Не добившись его возврата в установленный срок, Д. Тимченко обратился в суд для истребования имущества из чужого незаконного владения. Однако суды ему отказали, отметив, что он не информировал налоговый орган в установленном порядке о фактах обладания цифровой валютой и совершения с ней гражданско-правовых сделок, что в силу оспариваемой статьи влечет отказ в судебной защите.
Цифровой валютой в РФ, согласно Закону о цифровых финансовых активах и цифровой валюте, признается совокупность электронных данных, содержащихся в информационной системе, принимаемая как инвестиции или средство платежа, но не являющаяся государственной или международной денежной единицей. У такой валюты отсутствует материальное выражение; она не имеет ответственного лица (кроме операторов и (или) узлов информационной системы, обеспечивающих лишь соответствие порядка выпуска этих данных и внесение записей об изменениях), чья обязанность могла бы корреспондировать праву их обладателя.
Ставшие предметом правоотношений заявителя с его контрагентами 1000 единиц «USDT» являются, по сути, выраженными в цифровом виде единицами стоимости, также именуемыми их пользователями «криптовалютой» и (или) «стэйблкоинами», которые были впервые представлены компанией Тедер Лимитед Инк. (Tether Limited Inc.) в 2014 году и с тех пор получили широкое распространение по всему миру.

По мнению Д. Тимченко, обжалуемая норма не соответствует статьям 19, 35, 46, 55 и 56 Конституции РФ. Он указывает, что норма создает неравенство между обладателями цифровой валюты и иными собственниками в части судебной защиты, так как связывает ее оказание с информированием государства о фактах обладания такой валютой и совершения с ней гражданско-правовых сделок. Это также лишает владельцев цифровой валюты правовой охраны частной собственности.