Участники обсуждения: Федор Гиренок, Вячеслав Данилов, Полина Колозариди, Анатолий Осмоловский.

• Подробная информация доступна только для зарегистрированных пользователей.
  Войдите в систему или зарегистрируйтесь

 Скачать файл
Авторы книги, Павел Шуваев и Артем Темиров, выяснили, что породило разницу между европейским и китайским пониманием счастья, совести, вины и смерти. Молодые философы утверждают, что китайцам не знакомо чувство вины, что особенности языка повлияли на отсутствие в сознании китайцев противопоставления «материальное — идеальное», и что из-за иероглифического письма большинство китайцев не может обладать развитым мышлением. Книга оканчивается парадоксальным выводом о том, что китайская культура является врагом для самих китайцев — она лишает их счастья.


Но могут ли китайцы стать другими под воздействием современного мира? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, авторы представляют две гипотезы.

Первая гипотеза объясняет специфику этических представлений дореволюционного Китая. Авторы считают, что китайская культура авторитарна, что она угнетает человека, подавляя в нем развитие личности. Согласно их гипотезе, у китайцев не было совести, ее формированию мешали традиционное воспитание и социо-культурный контекст. В ходе своего исследования, авторы обнаруживают, что сознание современных китайцев не избавилось от этой специфики.

Вторая гипотеза, «Гипотеза графическо-лингвистической относительности», объясняет, в чём главные особенности влияния китайского языка на мышление.
Во-первых, китайский язык мешает развиваться сознанию китайцев из-за ограничения возможностей памяти.
Во-вторых, особенности китайского языка не дают в сознании китайцев сформироваться парам категорий «материальное ― идеальное», «чувственное ― рациональное», что в свою очередь привело к отсутствию в Китае теоретических наук, а так же представлений о душе и загробном мире.

Китай остается непостижимой темной комнатой для западного человека. Эта книга является попыткой пролить свет на этот непонятный мир и показать то общечеловеческое, что скрывается за дверьми другой культуры и языка.