• Подробная информация доступна только для зарегистрированных пользователей.
  Войдите в систему или зарегистрируйтесь

Мария Дроздова соединила две одноактные пьесы Н. Садур «Чудная баба» и «Ехай». Обе истории-притчи резко выдергивают персонажей, обычных рядовых обывателей, из спячки и суеты жизни для того, чтобы остановиться, оглянуться, освободиться. Какие мы? Что с нами стало? А освободиться необходимо от собственной агрессивности, духовной апатии, вечного самооправдания.

Это спектакль двух встреч. В «Чудной бабе» - встреча с бабой чуднОй; силой, кажется, жуткой, мистической, человеку неподвластной. Это напоминание о том, что человек смертен, напоминание об ответственности за себя самого и землю, на которой мы живем. Вторая встреча в «Ехай» - с бабой чУдной. Это добро, спасающее от гибели все живое. «Черный колорит» драматургии Садур в такой композиции просветлен театром не нарочито и не прямолинейно, но с позиции веры в любовь как силу, созидающую мир и человека в нем заново.

Совмещение поэзии, яркой метафоры и банальности, бытовой достоверности и фантастических преувеличений – в основе этого спектакля. «Поэтика сдвига», театральность парадокса тонко и неожиданно выводит спектакль театра «Без вывески» из сферы «театра ужасов» в сферу театра жизни. Обычная жизнь, остранненная ужасом, вдруг предстает в другом виде, неузнаваемо изменившемся. Ее хочется узнать заново, понять смысл этих перемен. Простые истории оказываются, как у Гоголя, совершенно невероятными и даже страшноватыми, тем и достигается редкое в современном театре состояние эмоционального потрясения, тем и выделяется этот спектакль из многих, поставленных без учета парадоксальности Садур.

Сценическая палитра «Чудной бабы» удивительно разнообразна и причудлива. Режиссер смело экспериментирует с актерами, бросает их из крайности психологического проживания ролей в крайность гротескной игры, стихию смены масок, клоунады, едва ли не циркового иллюзионизма. И актеры с удовольствием, увлеченно и искренне играя, что-то утрируя и пародируя, а что-то преподнося тихо и серьезно, открывают трагикомическую сторону своего дарования. В пространстве притчи актеры существуют убедительно и достоверно. Они выводят героев на рубеж жизни и смерти – и возвращают нам, современному миру обезличенности, одиночества, отчуждения, понятия личности, идеала, чувство бережного отношения друг к другу и к каждому мгновению жизни.